МСМ, ИППП и ВИЧ: Что мы упустили из вида?

Published: Июль 20, 2011

Я часто задумываюсь о том, сколько новых случаев ИППП каждый день регистрируется в мире. Это уже может стать притчей во языцех. Недавно моя подруга и член правления Национальной коалиции руководителей программ по ИППП, Сьюзен Филип, которая управляет программой по профилактике и лечению ИППП в Сан-Франциско, помогла мне понять значимость откровенных и открытых разговоров об уникальных задачах, стоящих перед мужчинами, практикующими секс с мужчинами (МСМ) в защите их сексуального здоровья.

В США, также как и во всем мире, МСМ продолжают оставаться одной из групп, наиболее подверженной ИППП и ВИЧ, и мы все еще нуждаемся в более точных данных и более совершенных инструментах для реализации профилактических программ. Особенно это касается ИППП.

Например, у нас [в США] (прим. перев.) в национальных программах был сделан сильный упор на ликвидацию сифилиса с 1999 года, а совсем недавно мы занимались вопросами как ко-инфекции сифилиса у ВИЧ-положительных людей, так и вопросами повышенного риска ВИЧ-инфекции у больных сифилисом с отрицательным ВИЧ-статусом.

Однако, несмотря на важность и необходимость решения проблем сифилиса, мы не должны забывать, что хламидиоз и гонорея – это ИППП, которые встречаются гораздо чаще, хотя мы в меньшей степени способны оценить их влияние и последствия для здоровья МСМ.

Пациенты, у которых диагностирован сифилис, как правило, проходят интервью с сотрудниками медицинских учреждений (у них всегда была возможность отнекиваться от некоторых или всех вопросов, задаваемых специалистами), которое включает такие вопросы, как, число и пол сексуальных партнеров, где они с ними познакомились и какие виды секса они практиковали. Эта информация помогает местным программам по профилактике и лечению ИППП, также как и Центрам по профилактике и контролю заболеваемости (CDC) и другим организациям, работающим в области сексуального здоровья, лучше понять, кто находится в зоне риска сифилиса, и самое главное – более эффективно распределять ресурсы на профилактику.

Однако получить эти данные стало возможно только потому, что на программы по контролю и профилактике сифилиса выделен конкретный федеральный бюджет, в то время как даже в районах с особо высокой заболеваемостью сифилисом, число случаев сифилиса гораздо ниже, чем число случаев гонореи и хламидиоза.

Кроме того, в различных местах по всей стране, часто не представляется возможным проинтервьюировать всех людей, у которых были выявлены гонорея и хламидиоз. И поэтому мы не владеем такой информаций о партнерах, как из интервью в программах по сифилису, и мы не можем знать, кто из наших пациентов с гонореей и хламидиозом является МСМ, и соответственно – мы не может оценить влияние и последствие этих ИППП на их здоровье. И мы признаем, что без достоверных данных мы не можем начать решать вопросы такого «неравенства» в сексуальном здоровье МСМ. Некоторые Штаты и города, включая Калифорнию, начинают изменять требования к отчетности медицинских учреждений или лабораторий о новых случаях ИППП, включая в формы отчетов вопросы пола сексуальных партнеров.

В тех регионах, где происходит рутинный сбор информации о сексуальных партнерах, «неравенство» в вопросах ИППП и сексуального здоровья быстро выявляется и решается. По оценкам, в Сан-Франциско в 2010 году, у 1 из 100 МСМ был диагностирован сифилис на начальной стадии, но заболеваемость хламидиозом или гонореей была в два раза выше сифилиса. Кроме того, уровень распространенности гонореи среди МСМ в 18 раз выше, чем среди гетеросексуальных мужчин, а хламидиоза – в 8 раз.

Полный текст статьи, пожалуйста, см. по следующей ссылке –

Добавить комментарий